В Великом Новгороде и Старой Руссе продолжается ХXIV Международный театральный фестиваль Ф.М. Достоевского. Онлайн-дневник фестиваля на «ВНовгороде.ру» ведёт поэт, перформер, руководитель перформанс-группы «Омлет для любимой женщины» Яна Лебедева.

История «Идиота» от Пермского театра «У моста», несмотря на физическое присутствие всех сестер Епанчиных вкупе с генеральшей, сложилась с явственным уклоном в сторону мужчин. Мужчины заполняют все пространство, и места женщине, пусть даже и в красном платье, не остаётся.





Здесь существует два поля – поле Парфёна Рогожина (Владимир Ильин), прямо-таки иллюстративное, книжное. Захотеть представить Рогожина каким-то другим не представляется возможным. Эта мощь, это бесконечное lust for life, эта маниакальность и почти животная притягательность действует ровно так, как предписано романом. Закройте глаза, представьте себе Рогожина, откройте глаза, посмотрите на фотографию из спектакля – все сходится. Его поле подкрепляется рогожинской свитой, можно сказать даже сворой – такой же заряженной на действие, способной сорваться с цепи в любой момент.





Второе поле, как нетрудно догадаться, князь Мышкин (Сергей Мельников). Он-то как раз неиллюстративный, а авторский, при этом обескураживающе трогательный. «Авторский» Мышкин не теряет основу: нежность, детскость, неловкость, беспомощность. Лейтмотив – тревожное повизгивание скрипки в момент, когда посторонний употребляет по отношению к нему слово «Идиот». Очень болезненное ощущение присутствия при чём-то почти интимном: медленном и мучительном процессе потери ментального здоровья вплоть до полного коллапса.





Моменты, в которых сталкиваются Рогожин и Мышкин, будь то разговор-знакомство в поезде (сценография которого выстроена так атмосферно, что становится и зябко, и мутно, будто стоишь в полуосвещённом тамбуре с открытым окном) обмен крестами или время скорби над убитой – неизменно насыщенные. И не покидает ощущение, что эта история совсем лишена заявленной мистики. Вместо мистики – два разнонаправленных ментальных расстройства, одно из которых ведет человека к убийству, другое – к окончательной потере собственной личности.





Фото Сергея Гриднева


Источник