Владимир Путин

Представители федеральных и зарубежных СМИ работали в Москве, в Центре международной торговли. Кроме того, во всех федеральных округах для участия в пресс-конференции были организованы специальные площадки, откуда свои вопросы могли задать представители региональных СМИ.

В ходе пресс-конференции колл-центр продолжил принимать вопросы от граждан. Свой вопрос можно было задать на сайте https://moskva-putinu.ru или через мобильное приложение «Москва — Путину».

В. Путин: Добрый день!

Я всех приветствую: всех, кто находится здесь, в зале, в Огарёво, в колл-центре, и в субъектах Российской Федерации, в городах, в Москве, в Петербурге.

Мы сегодня проводим традиционную завершающую пресс-конференцию этого года. Но, поскольку ковидные условия не дали нам возможности провести открытую «[Прямую] линию», то мои коллеги постарались совместить одно и второе мероприятие, сделать вместе, хотя бы с элементами «Прямой линии», с тем чтобы можно было с гражданами напрямую пообщаться, поговорить, послушать их мнение о том, что в стране происходит, послушать их предложения о том, что и как нужно было бы сделать дополнительно, для того чтобы вопросы, которые у нас стоят, задачи, которые мы должны решать, решались бы лучшим образом, эффективнее.

Я сразу же хочу оговориться, как это было в предыдущие годы, у нас сложилась очень хорошая практика, когда на поступившие в большом количестве вопросы — их сотни тысяч — так или иначе поступает реакция. Хочу за это поблагодарить и моих коллег в Администрации, в Правительстве, но прежде всего и главным образом общественные организации: и Общественную палату, и Общероссийский народный фронт, — волонтёров, которые со многими гражданами, принявшими участие в прежних «Прямых линиях», устанавливали прямой контакт, разговаривали, обсуждали проблемы, которые были людьми подняты, и очень часто добивались решения тех или иных вопросов, которые людей волновали и волнуют, наверное, ещё до сих пор.

Очень рассчитываю на то, что и в этом году мы поступим таким же образом. Буду просить волонтёров, Общероссийский народный фронт продолжить эту замечательную, очень полезную практику для страны.

Для меня, хочу подчеркнуть, мероприятия подобного рода не являются формальными, я придаю им большое значение. При всём том, что, конечно, у меня огромный поток информации о том, что происходит в стране, и он по разным каналам ко мне поступает, но нет ничего более ценного, чем прямое общение с нашими людьми, с гражданами Российской Федерации, нет ничего более ценного, чем услышать их мнение по поводу того, как и чем мы живем и, повторяю ещё раз, что нам нужно сделать для того, чтобы жить лучше.

Знаете, я бы на этом своё вступительное слово закончил. Будет правильно, если мы не теряя времени перейдём к вопросам. Хочу передать слово Дмитрию Сергеевичу Пескову, который находится в колл-центре. Он дальше будет модерировать нашу сегодняшнюю совместную работу.

Пожалуйста, Дмитрий Сергеевич.

Д. Песков: Добрый день, Владимир Владимирович! Здравствуйте!

В. Путин: Здравствуйте.

Д. Песков: У нас сегодня все точки разбросаны широко по географии страны, и я предлагаю с самого востока начинать.

Владивосток, пожалуйста.

Ещё раз призываю всех быть очень краткими, динамичными, с тем чтобы максимальное количество журналистов смогли задать свои вопросы.

Пожалуйста, Владивосток, помогите мне для начала.

Д. Кайстро: Добрый вечер: у нас уже вечер.

Это действительно Владивосток — столица крупнейшего в стране федерального округа, Дальневосточного. Здесь присутствуют 50 корреспондентов, вы видите, насколько они активны. У каждого из них своя сложившаяся аудитория и свои вопросы главе государства.

Я предлагаю начать, и, кажется, у нас уже есть люди, которые, действительно, должны сказать.

Дмитрий Сергеевич, наверное, Вы выберете, кто из них скажет, кто будет первым.

Д. Песков: Покажите мне, пожалуйста, зал. Магадан там был?

Д. Кайстро: Да, вот девушка в синем.

Л. Щербакова: Здравствуйте!

ГТРК «Магадан», Людмила Щербакова меня зовут.

Я прежде всего хочу поприветствовать и Вас, Владимир Владимирович, и всех зрителей, и присутствующих от всего Дальнего Востока, и от Магаданской области в частности.

Вопрос у меня такой: то, что год был непростой, мы все и так прекрасно знаем, и даже сложно дать ему определение, но всё-таки год был плохой или было что-то и хорошее, на Ваш взгляд?

В. Путин: Год был… Что значит «плохой»? Это как погода: она бывает плохая или хорошая? Погода — она и есть погода. Так и год: и плюсы есть, и минусы. Как в жизни всегда.

Конечно, это год связан с проблемой, которая у всех на устах, перед глазами стоит и которая всех нас беспокоит, — это пандемия коронавирусной инфекции. Но это характерно не только для нас, не только для России — для всего мира. Мы это хорошо знаем, уже свыше 70 миллионов человек столкнулись с ней, по данным ВОЗ. И эта проблема наложила отпечаток на все стороны нашей жизни.

Что такое пандемия? Это локдауны, сокращение производства, это значит сокращение перевозок, всё, что с этим связано. Это значит сокращение рабочих мест, падение доходов, к сожалению. Всё это имело место.

Но в то же время я бы хотел вот на что обратить внимание. Во-первых (сейчас цифрами это постараюсь подкрепить), при всём огромном количестве проблем, с которыми мы столкнулись, а проблем море, мы, безусловно, будем сегодня говорить об этом, мы ради этого и собрались. Проблем — море, и всё-таки море — это океан, он везде, по всему миру расплескался. Но можно с уверенностью сказать, что мы встретили эти проблемы достойно и отчасти даже, может быть, лучше, чем в других странах мира, которые по праву гордятся и устойчивостью своей экономики, и развитием своих социальных служб и систем здравоохранения.

Я воспользуюсь подсказками (я не хочу утыкаться в цифры, потому что это всегда скучно и тоску наводит), тем не менее что у нас получилось. У нас на данный момент времени падение ВВП — 3,6 процента, на данный момент. Это меньше, чем практически во всех ведущих странах Европы, Евросоюза, меньше, чем в Соединённых Штатах Америки. В некоторых странах Евросоюза падение ВВП где-то под 9 процентов (так в Великобритании, по-моему) на сегодняшний день.

У нас промышленное производство «подсело» на 3 процента к данному моменту. Главным образом за счёт нефти, потому что у нас сделка ОПЕК+, мы вышли на сокращение добычи, и это повлияло на общие наши показатели. Но что приятно (что лучше, где хуже, где у нас какие-то позитивы), вчера только мне коллеги из Правительства докладывали: ноябрь к ноябрю текущего года — рост обработки (обрабатывающей промышленности) 1,1 процента. То есть это даёт нам основания надеяться на то, что эта тенденция сохранится, что нам удастся и мы будем двигаться в этом направлении вперёд.

Производство сельского хозяйства традиционно у нас за последние годы в хорошей зоне, сейчас, на данный момент, где-то плюс 1,8. Министр сказал, что по году может быть даже не падение, а увеличение до 2 процентов. Надеюсь, что так и будет.

Банковский сектор у нас в весьма удовлетворительном состоянии, прибыль банков оценивается в этом году примерно в 1 триллион 300 миллиардов рублей. И это говорит об устойчивости финансовой системы.

Реальная заработная плата (прошу сразу граждан на меня не сердиться, то, что я сейчас скажу, не соответствует ощущениям, с которыми люди сталкиваются в реальной жизни, тем не менее это усреднённая цифра, мы должны тоже на неё ориентироваться), реальная заработная плата, надеюсь, подрастёт у нас до конца года где-то на 1,5 процента, к сожалению, при падении реальных располагаемых доходов населения. За счёт чего? О чём это говорит? Откуда эта разница берётся? Падение доходов индивидуальных предпринимателей и всего, что с этим связано. В общем и целом падение реальных доходов, к сожалению, будет где-то около 3 процентов.

Уровень безработицы у нас был в начале года 4,7 процента, сейчас, как вы знаете, он подрос до 6,3 процента. Об этом мы наверняка ещё будем говорить.

Всё, что мы делаем по поддержке экономики, по поддержке пострадавших отраслей производства, связано напрямую с поддержанием рабочих мест. Сейчас 6,3 процента, надеюсь, что нам в течение следующего года удастся выйти на прежние показатели.

Хорошим обстоятельством можно считать положительное сальдо торгового баланса. Это создаёт условия для хорошего макроэкономического развития.

У нас государственный долг. Он и так был минимальный, 70 миллиардов долларов, если в долларовом эквиваленте. Он снизился на 10 миллиардов. Мы меньше занимаем на внешних рынках, но регулярно обслуживаем все свои кредитные обязательства. Международные резервы подросли. В начале года были 554,4 миллиарда, сейчас, на 4 декабря, это где-то уже 587,7 миллиарда долларов. То же самое касается Фонда национального благосостояния. В рублёвом эквиваленте было 7,7 триллиона, сейчас — почти 13,5 триллиона. Рост очень значительный.

Знаете на что хотел бы обратить внимание? Что является, совершено очевидно, положительным элементом развития экономики? 70 процентов российского бюджета уже формируется не за счёт нефтегазовых доходов. Это значит, что мы не в полной мере, но всё-таки начинаем слезать с так называемой нефтегазовой иглы. И если кому-то хочется представлять нас до сих пор бензоколонкой, то это уже не имеет под собой реальных оснований. Хотя зависимость ещё очень большая, и мы это должны иметь с вами в виду.

Ну и наконец, этот уходящий год всё-таки связан с крупными мероприятиями общенационального характера, имея в виду 75 лет Победы в Великой Отечественной войне. Несмотря ни на какие сложности, связанные с пандемией, мы всё-таки достойно её отметили, и парад Победы состоялся на Красной площади; в онлайн-формате, но всё-таки — шествие Полка. Всё это позитивные моменты.

Но самое главное, знаете, на что я бы хотел обратить внимание и за что хотел бы поблагодарить граждан страны? В этих достаточно сложных условиях мы ещё раз подтвердили, что лежит в основе российской идентичности, — единение народа при какой бы то ни было угрозе. То, что мы все видели, — работа волонтёров, работа медиков, которым ещё раз низкий поклон и благодарность, состояние всего общества, нацеленного на помощь и поддержку ближнего своего, поддержку тех людей, которые нуждаются в помощи и поддержке, — вот это общенациональное единение, я уже не говорю про движение «Мы вместе», это просто внешнее проявление внутреннего состояния общества, оно является, на мой взгляд, определяющим и решающим для нашей страны. Я ещё раз хочу выразить слова благодарности всем, кто принял участие в этих масштабных мероприятиях.

Спасибо.

Д. Песков: Хочу, кстати, всем напомнить, что, после того как задают вопрос, с микрофона нужно снять набалдашник и заменить его на новый. Мы всё-таки должны чётко следовать всем санитарным правилам.

Давайте мы пойдём дальше. Кремлёвский пул, Ново-Огарёво покажите, пожалуйста.

Давайте крупнейший наш холдинг — ВГТРК, «Россия».

А. Петров: Спасибо большое.

Алексей Петров, телеканал «Россия», «Вести».

Владимир Владимирович, действительно, маски стали таким символом нашего времени, очень неприятным. Понятно, что пандемия — это главное событие года. Мой вопрос Вам о состоянии российской системы здравоохранения: какова степень её готовности, насколько, на Ваш взгляд, она справилась и справляется с теми вызовами, которые сейчас есть?

Здесь есть важный нюанс. На Ваш взгляд, проводится ли разбор полётов, анализ тех или иных сбоев и недочётов? Это и проблема нехватки лекарств, и маркировка лекарств — тема, о которой тоже много говорилось, общественники Вам докладывали на этот счёт. Что в итоге?

И другой аспект — реформа первичного звена здравоохранения. Там заложены серьёзные деньги. Теперь как будет идти эта реформа с учётом уже уроков пандемии?

Спасибо.

В. Путин: Смотрите, по поводу готовности системы здравоохранения. Конечно, к таким масштабам, с которыми мы столкнулись, не готова оказалась ни одна система здравоохранения в мире. Ну нет такой системы просто. Мы анализируем всё, что в мире происходит, и видим, что такого примера нет. Но есть примеры того, как была организована работа в нашей стране. По сравнению — всё же познаётся в сравнении, я уже сказал, что у нас море, океан проблем, и сейчас Вы некоторые из них назвали, но всё познается в сравнении: по сравнению с тем, что в мире происходило, конечно, наша система оказалась более эффективной.

Я сейчас скажу и о недостатке лекарств, и о других проблемах — само собой разумеется, это всё есть, мы это всё видим. И анализ даже поступающих вопросов, и в Вашем вопросе это звучит, говорит о том, что далеко не всё решено. Но, смотрите, у нас на момент начала пандемии, когда только первые сигналы пришли от наших друзей из Китайской Народной Республики, что там есть проблема подобного рода, мы сразу среагировали на границе и выиграли — я уже много раз об этом сказал, — выиграли время для того, чтобы начать активную подготовку к тому моменту, когда придёт это в большом масштабе и количестве к нам.

Мы выиграли это время, начали быстро разворачивать и саму систему здравоохранения, и всё, что связано с предупреждением пандемии, и не потеряли это время зря. Потребность в коечных местах, подготовленных для борьбы с пандемией, у нас составляла 95, в миллионах мы считаем, а готовность была только 50 процентов; сейчас уже 125 — нет, всё-таки в тысячах, — 125 тысяч, 177 тысяч развернули, даже 277 тысяч: 277 тысяч развёрнуто за достаточно короткий срок. За это время мы построили 40 центров: 30 Минобороны построило достаточно быстро и 10 — сами регионы. Всего 40, сороковой должен быть завершён в последние дни уходящего года. Это говорит о способности быстро реагировать на проблему.

Я вчера, когда знакомился с техническим оборудованием, с одной девушкой-волонтёром разговаривал: на момент, когда пандемия началась, у нас врачей, специалистов было совсем ничего — 8300, а сейчас одних врачей 150 тысяч работает по этому направлению, а в целом медицинских работников — больше полумиллиона, по-моему, 520–530 тысяч.

Что произошло? Мы смогли быстро перепрофилировать часть лечебных заведений для борьбы с ковидом и выстроить систему переподготовки медицинского персонала. Ввели доплаты для людей, работающих в «красных зонах», для того чтобы поддержать наших врачей, для студентов старших курсов медицинских вузов — по 10 тысяч, по 7 тысяч — для колледжей, как вы знаете. Быстро достаточно развернули производство средств индивидуальной защиты и костюмов, необходимых средств для обработки помещений, в некоторых случаях — не просто в разы: скажем, масок, о которых говорили, которые всем надоели, мы их производство увеличили в 20 раз, такое редко где бывает.

Наша система здравоохранения и государственного управления в этой сфере продемонстрировали готовность к быстрой мобилизации ресурсов, и сделали это. Кстати говоря, необходимое количество лекарств увеличено в два раза. Да, в некоторых регионах сейчас сталкиваются, мы знаем, и я даже некоторую информацию взял из колл-центра, которая от граждан поступает, — и лекарств не хватает и в стационарах, и тем более в аптечной сети, и бесплатные лекарства не выдают, сейчас я об этом тоже два слова скажу. Но это уже не те проблемы, с которыми мы сталкивались в начале. Это проблемы логистики, несвоевременных закупок, доставок, а в целом промышленность среагировала.

В начале пандемии мы не знали, что это такое, не знали, как выявлять, как тестировать, чем лечить и не знали, будет ли когда-нибудь противоядие, то есть вакцина.

Смотрите, по всем этим позициям мы серьёзно продвинулись вперёд. Россия входит в тройку мировых лидеров по тестированию, а, по мнению ВОЗ, один из способов преодоления трудностей, связанных с распространением инфекции, — это массовое тестирование. Лекарственные препараты: мы начали производить отечественные препараты в нужном нам количестве. И наконец, вакцинация: Россия оказалась первой страной в мире, которая изобрела, так можно сказать, и начала производить вакцину — и Научного центра имени Гамалеи, и Новосибирского центра «Вектор». Хорошие вакцины, я уже много раз об этом говорил, и безопасные, и эффективно действующие: 95 с лишним процентов, под 96–97 уже, говорят специалисты, уровень защиты, и ни одного серьёзного случая нет побочных явлений.

Наши коллеги иностранные, слава богу, тоже повернулись к нам лицом и готовы к сотрудничеству там, где что-то у них не получается. Вот англо-шведская компания AstraZeneca вместе с нами готова работать, подписывают сейчас соответствующие соглашения. Это очень хорошо, меня это очень радует, когда специалисты на таком высоком уровне — а это крупная, хорошая компания с мировым именем — объединяют усилия, в том числе с российскими партнёрами. Уверен, что результат будет очень хороший не только для наших граждан, но и для всего мира.

Всё, что я сейчас сказал, говорит о том, что, да, проблем хватает, но в целом система здравоохранения отреагировала адекватно на угрозы, которые возникли для граждан нашей страны.

Теперь по поводу первичного звена здравоохранения. Да, конечно, нам пришлось концентрировать необходимые ресурсы на тех вещах, о которых я только что сказал выше: для борьбы с инфекцией коронавирусной, на помощь врачам, волонтёрам, студентам и так далее, на то, чтобы развернуть производство как можно быстрее в нужном объёме. Мы немножко сдвинули вправо начало работы по развитию первичного звена здравоохранения, но мы этого не забыли, никуда в долгий ящик не отложили. Вместо того чтобы начать это 1 июля текущего года, мы начнём с 1 января. И все ресурсы, которые предусматривались на эту программу, — они все у нас будут использованы в те сроки, которые предусмотрены этой программой. Это 500 миллиардов рублей из федерального бюджета плюс 50 миллиардов рублей из региональных бюджетов. Где-то в ближайшие три года уже около 300 миллиардов должно быть выделено и должно быть освоено.

К некоторым направлениям совершенствования системы первичного звена здравоохранения мы приступили. Например, закупка автотранспорта. Эта закупка нужна сейчас, я это вижу тоже по вопросам, которые поступают, но это уже, можно сказать, часть программы развития первичной системы здравоохранения.

Если уж я об этом заговорил, я скажу, что самое главное в развитии первичной системы, этого звена здравоохранения заключается в том, чтобы обеспечить 100-процентную доступность граждан к медицинским услугам. Я вижу, что здесь очень много вопросов, которые требуют быстрого решения, — вот этим мы и будем заниматься в первую очередь.

Теперь часть Вашего вопроса, касающаяся того, как реагировать на те нерешённые пока проблемные вопросы, которые возникают в ходе борьбы с эпидемией. Конечно, это анализируется, конечно, мы на это смотрим. В этой связи хочу ещё раз сказать, что и сегодняшнее наше мероприятие крайне важно, потому что даёт нам огромный поток информации со всех регионов страны, когда мы можем посмотреть, что и как делается в конкретном регионе Российской Федерации и соответствующим образом отреагировать, скорректировать наши действия.

Здесь самый простой вывод, он напрашивается сам по себе: конечно, нам нужно двигаться в направлении совершенствования санитарно-эпидемиологической службы, надо её реформировать как следует. Надо ещё раз посмотреть на тему о том, сколько нам нужно специализированных коек, где, в каких регионах, сколько нужно специалистов. Такая программа фактически разработана, будем её реализовывать.

Д. Песков: Дальше мы идём. «Ура. Ру».

А. Ольшанников: Добрый день, Владимир Владимирович!

Меня зовут Антон Ольшанников, я представляю информационное агентство «Ура. Ру».

Эпидемия эпидемией, но жизнь продолжается, и в связи с этим у меня как раз комплексный вопрос по остальной жизни, касающейся выборов, большой кампании, которая будет в следующем году.

Чем, на Ваш взгляд, будет отличаться предстоящая политическая кампания от предыдущей? Каким в связи с этим будет политический ландшафт в стране?

Вторая часть вопроса связана со старой системной оппозицией. Хочется понять, не пора ли ей уступить время молодым партиям, есть ли вообще шанс у этих молодых партий, учитывая, что на муниципальных выборах они уже как-то себя показали, проявили?

И последняя часть вопроса связана с внешним вмешательством. Очевидно, что оно вполне возможно, тем более кампания такая серьёзная. Как Вы намерены противостоять этому вмешательству?

Спасибо.

В. Путин: Что касается выборов в парламент страны в 2021 году, то, конечно, отличия будут, они заключаются прежде всего в том, что у нас приняты поправки к Конституции, — первое. И это означает, что парламент получил больше полномочий по целому ряду направлений, в том числе и по формированию Правительства Российской Федерации. Вы знаете, ещё раз хочу это повторить, теперь Государственная Дума, по сути, принимает окончательные решения не только по Председателю Правительства, но и по министрам и вице-премьерам.

Президент обязан подписать кадровые решения, которые будут приняты парламентом. И это существенным образом — ещё не все это, по-моему, поняли, осознали — повышает значимость работы депутатского корпуса, их ответственность перед страной, в том числе и за работу Правительства. Эта связка между парламентом и Правительством чрезвычайно, на мой взгляд, важна. Это первое.

Второе — по поводу новых партий, не пора ли старым политическим тяжеловесам уступить своё место. Это решают не новые партии, не политические тяжеловесы в виде традиционных партий, это решают граждане, это решают избиратели. Они принимают решение на выборах, кого поддержать. Но даёт ли наша политическая система, а она развивается, возможность большему количеству политических сил, политических партий принять участие в общенациональных избирательных кампаниях? Да, даёт. Думаю, что в этом году — не думаю, а точно, — на следующий год, по-моему, до 16 партий могут принять участие в выборной кампании без того, чтобы собирать подписи. Почему? Потому что они в соответствии с действующим у нас законом получили представительство в ряде субъектов Российской Федерации и вместе с ним право попробовать свои силы на общенациональной политической арене.

Я желаю им успехов, но хочу ещё раз сказать, что кого избрать — решает всё-таки избиратель. В этой связи хотел бы отметить, что традиционные политические партии хорошо известны, они представлены в парламенте в течение многих лет. Надо отдать должное, разные, подчас полярные точки зрения звучат в парламенте и даже острые дискуссии по целому ряду проблем, с которыми сталкивается страна и которые стоят перед нами в качестве приоритетных. Но при этом практически каждая из них выступает с патриотических позиций и так, как она считает нужным, стремится решить стоящие перед страной задачи. Подходы, инструменты решения этих задач разные, но цель у всех политических традиционных партий одна — благополучие и развитие страны.

Д. Песков: Давайте ненадолго покинем Москву и отправимся в Сибирь. Новосибирск, попробуем задать вопрос.

А. Верницкий: Владимир Владимирович, Вы упомянули уже Новосибирск как центр, где была создана одна из вакцин от коронавируса. И позволите немножко побыть Дмитрием Сергеевичем в качестве модератора. Можно я выберу сам? Дело в том, что видел плакат с надписью «вакцина». Пожалуйста, только представьтесь.

Л. Кейбол: Людмила Кейбол, Алтайский край.

Владимир Владимирович, меня интересует вопрос: а Вы поставили себе прививку против коронавируса? И как Вы относитесь к всеобщей вакцинации населения, если сейчас количество пробных вакцин, поступающих в регионы, ещё недостаточно? В Алтайском крае достаточно сложная эпидемиологическая ситуация.

И меня интересует ещё один вопрос: достаточно ли будет вакцин на территории России, если сейчас ещё Россия будет оказывать помощь другим странам?

Спасибо.

В. Путин: Вот смотрите. Я всех призываю самым внимательным образом относиться к рекомендации специалистов. Вы, смотрю, Людмила, взяли, надели сразу маску. Это очень здорово. И у Вас перчатки.

Специалисты нам говорят о том, что те вакцины, которые поступают в гражданский оборот на сегодня, предусмотрены для граждан в определённой возрастной зоне. И до таких, как я, вакцины пока не добрались. Я повторяю ещё раз, я человек в этом смысле достаточно законопослушный, я прислушиваюсь к рекомендациям наших специалистов, и поэтому пока этой вакцины, как говорят специалисты, не поставил. Но я обязательно это сделаю, как только это станет возможным. Это первое.

Второе: необходимо — то, что я слышу от специалистов, — иметь некоторый «разбег» между различными прививками. Скажем, от гриппа и от коронавируса. Некоторые специалисты говорят о том, что это должна быть разница в две недели, некоторые говорят, что это должна быть разница как минимум в четыре недели, что касается коронавируса.

Третье, по поводу необходимости массовой или всеобщей вакцинации: я считаю, что это нужно делать. То же самое говорят не только наши, отечественные вирусологи, но и их коллеги практически во всём мире. Один из немногих путей преодоления всех вопросов, связанных с пандемией, — это массовая вакцинация. Именно она должна создать общенациональный, популяционный иммунитет. И повторяю ещё раз: наша вакцина — эффективная и безопасная. Поэтому не вижу никаких причин не вакцинироваться.

Наконец, следующий момент, связанный с помощью, как вы сказали, другим странам. Прежде всего — всегда об этом говорил и скажу ещё раз, хочу, чтобы меня все услышали в стране, — наша задача провести вакцинацию внутри Российской Федерации. Здесь есть некоторые вопросы.

Какие? Вакцина сама по себе, компоненты этой вакцины хорошие. У нас до сих пор не хватает «железа», оборудования для производства нужного нам количества вакцины. От гриппа прививки сделаны уже, по-моему, 70 миллионам человек. Это крупномасштабная вакцинация по всей стране. Вот что нам нужно делать и в случае борьбы с коронавирусной инфекцией. Но для того, чтобы произвести эту вакцину, нужны соответствующие заводы, предприятия, оборудование. Это будет наращиваться, исхожу из того, что все планы в этом смысле будут исполнены. В следующем году, уже в начале, у нас уже будут миллионы доз вакцины, и это будет увеличиваться и увеличиваться.

По поводу сотрудничества с другими странами. Именно в силу того, что нам требуется время, для того чтобы нарастить именно технологические возможности наших предприятий по производству самой вакцины, нам ничего не мешает сами компоненты этой вакцины, а её у нас достаточно, производить на площадках в иностранных государствах, в зарубежных государствах, которые должны будут вкладывать свои деньги в расширение этих производств и в покупку соответствующего оборудования, — вот о чём идёт речь. Это никак не мешает вакцинации населения в Российской Федерации. А наоборот, честно говоря, даже будет улучшать конечное качество продукции, поскольку это будет приобретать более и более массовый характер.

А. Верницкий: Владимир Владимирович, позвольте нам продолжить традицию, которую Дмитрий Сергеевич тут начал. (Обращаясь к Л. Кейбол.) В качестве подарка мы хотим подарить Вам ветрозащиту от нашего микрофона. Дело в том, что Вы говорили в неё без маски. Теперь она у Вас, пользуйтесь.

В. Путин: Вы педант, я бы сказал. Ну ладно.

Д. Песков: Давайте мы ненадолго задержимся ещё в ЦМТ. Александр Гамов, один из самых авторитетных членов президентского пула, пожалуйста.

А. Гамов: Владимир Владимирович, во-первых, спасибо Вам огромное за эту — всесоюзную, хотел сказать, — всероссийскую встречу, потому что это просто здорово, что в такое время Вы нас всех собрали и дали возможность сказать Вам правду.

В принципе, Вы сами знаете, что коронавирус нанёс удар по уровню жизни многих людей. Я человек провинциальный, мне из регионов звонят и говорят, что жить просто очень сложно, ужасно сложно, так тяжело никогда не было России: рост бедности, обеднение и без того бедных людей, безработица, падение покупательской способности, рубль тоже падает, цены растут, смертность растёт. И, Вы знаете, я хотел ещё Вам что сказать: цены, в принципе, ползут вверх начиная с сентября где-то, с августа. Почему об этом заговорили только в декабре? Пока Президент не грянет, министр не перекрестится.

Скажите, пожалуйста, есть какая-то программа — такая, как Вы сказали, через неделю чтобы занялись ценами? Есть ли какая-то программа у Президента, у Правительства, которая бы помогла России в ближайшие недели?

Спасибо Вам огромное. Я просто хотел сказать, что я представляю сайт, радио и газету «Комсомольская правда», Александр Гамов.

В. Путин: Ситуация сложная, с самого начала я об этом сказал. Я, когда говорил о том, что пандемия связана с закрытием целого ряда производств, с ростом безработицы, со снижением уровня доходов реальных, располагаемых доходов населения, — это не пустые слова, это не проходная вещь, это говорит о том, что мы это видим и понимаем.

Вы сказали, что никогда не было так тяжело, как сейчас. Было: в 2000 году за чертой бедности жили 29 процентов населения. Ниже прожиточного минимума почти треть страны — каждый третий жил на доходы ниже прожиточного минимума, за чертой бедности.

Мы в 2017 году вышли на планку где-то 12,3 процента живущих за чертой бедности. Сейчас, к сожалению, из-за этих всех проблем эта планка приподнялась до 13,5 процента. И это, конечно, много, это около 20 миллионов человек, это всё равно очень много.

Вы говорите: есть ли план? Да, конечно, план есть, это одно из основных направлений деятельности — снижение количества людей, живущих за чертой бедности. Поэтому я поговорю на этот счёт поподробнее.

Смотрите, во-первых, план такой: к 2030 году уйти с сегодняшних 13,5 процента до 6,5 процента людей, уровень доходов которых ниже прожиточного минимума. Плохо, конечно, что и 6,5 сохранится, но мы должны исходить из реалий. Это реально, я считаю, цель амбициозная, но реальная. Это первое.

Теперь по поводу цен. Да, конечно, где-то цены растут объективно. Связано это с чем — связано с ростом, допустим, стоимости комплектующих в связи с курсовой разницей, это неизбежно. Некоторые товары мы собираем; значительную часть комплектующих, которые стали дороже, мы закупаем за большее количество рублей, потому что рубль немножко просел и это стало дороже.

Но там, где это не связано с объективными обстоятельствами, это не может не вызывать соответствующей острой реакции. И вот это, честно говоря, меня так и задело. Потому что, скажем, при том, что у нас урожай рекордный — за последние шесть лет у нас рекордный урожай, и в этом году он будет 131 миллион тонн, а может быть, и даже 134, побольше, может быть, будет, может быть, до этого дойдёт, — а хлеб растёт в цене, макароны в цене растут. Это что такое? Это с какой стати-то? Это первое.

Второе — сахар. Мне когда-то говорили: надо «прикрутить» нам тростниковый сахар, надо поддержать своих производителей. Мы разными способами это сделали, но не для того, чтобы создавать дефицит на внутреннем рынке, ведь министр мне что сказал: для внутреннего потребления достаточно. И в то же время как это достаточно, если на 75 процентов рост цен произошёл?

Или по подсолнечному маслу — на 17 [процентов рост]. Что, у нас семечки нет? Достаточно тоже. А почему происходит? Потому что на мировых рынках выросла цена, значит, на внешний рынок пошло больше значительно, и начали внутренние цены «подтаскивать» к общемировым, что совершенно недопустимо.

Именно поэтому у нас разговор такой жёсткий и был. Правительство отреагировало. Здесь главное — чтобы не перегнули палку, главное, чтобы не пережали с административными мерами. Надо было своевременно это делать, более рыночными [методами]: ввозные таможенные пошлины надо было скорректировать — вот и всё, делов-то куча. Все знают, эти инструменты хорошо известны, надо только вовремя было реагировать на это. Но надеюсь, что это произойдёт.

Сейчас подписаны или должны быть подписаны — по-моему, уже подписаны — соглашения между производителями и сетями: и производители снижают на определённый объём, и сети должны в рознице показать нам это снижение по базовым продуктам питания.

Поэтому на цены, конечно, надо смотреть внимательно, и будем, безусловно, это делать. Надеюсь, что эта реакция будет в течение ближайших нескольких дней, ну, нескольких недель — это уже точно.

Теперь по поводу того, что можно, нужно и что мы делаем для того, чтобы людям помочь в этот сложный период времени.

Во-первых, в связи с тем, что подросла безработица с 4,7 процента до 6,3 процента, мы существенно повысили пособие по безработице, это всем хорошо известно.

Но самая тяжёлая ситуация, конечно, складывается у семей с детьми, и здесь у нас выстроена целая программа поддержки семей с детьми: от нуля до полутора лет, от полутора лет до трёх лет и от трёх до семи. От нуля до полутора лет мы ввели пособие, и правила там такие: если на каждого члена семьи доходы меньше двух прожиточных минимумов (сначала было полтора, потом мы расширили программу, и большее количество людей попало в эту программу), если меньше двух прожиточных минимумов на человека, то такие семьи имеют право на получение одного прожиточного минимума ребёнка на каждого ребёнка. От полутора лет до трёх лет, если меньше доход соответствующий по этим ПМ, то тогда можно получить то же самое, но из материнского капитала: мы предоставили право получить эти средства из материнского капитала. И наконец, для детей от трёх до семи лет мы ввели следующее правило: если в семье не дотягивают на каждого члена до одного прожиточного минимума, то начали платить 0,5 ПМ на каждого ребёнка. Но решили уже с самого начала проанализировать ситуацию, посмотреть, как это отражается на доходах семей, и если не все семьи будут дотягивать до одного ПМ на человека, то с 1 января следующего года, то есть через две недели, мы будем платить уже по одному прожиточному минимуму на каждого ребёнка.

Это такие, так скажем, оперативные меры по поддержке российских семей. Я уже не говорю про единоразовые выплаты всем детям до 16 лет.

И потом — поддержка рынка труда. Наверное, ещё мы будем об этом говорить, я скажу об этом отдельно, чтобы не затягивать с ответом на Ваш вопрос, хотя это один из ключевых вопросов, безусловно, поэтому я позволяю себе всё-таки потратить побольше времени на это.

Но самое главное, конечно, заключается в том, чтобы нам развивать экономику, реализовывать цели национального развития, национальные проекты, куда заложены эти цели развития, создавать новые рабочие места, выводить экономику на новый уровень, отвечающий требованиям сегодняшнего дня, развивать искусственный интеллект, цифровизацию, современные создавать производства, которые позволяли бы людям и работать интересно, и получать доход достойный. Вот на это направлен целый комплекс наших мероприятий, которые заложены в рамках национальных проектов.

Д. Песков: Так, давайте не будем забывать регионы.

Екатеринбург, пожалуйста. Ещё не были мы в Екатеринбурге.

О. Армякова: Да, коллеги, здравствуйте. На связи столица Урала — Екатеринбург.

Мы работаем в зале полпредства, где собрались журналисты из разных уголков Уральского федерального округа. Аккредитовано 70 репортёров, но в зале сегодня с нами 69. О том, почему, мы узнали буквально несколько минут назад, поэтому новость, которой не могу не поделиться, простите уж: всё дело в том, что наша коллега из местного информационного агентства накануне родила сына и вот по этой причине отсутствует сегодня на пресс-конференции. Думаю, что причина уважительная, и Вы, Владимир Владимирович, поймёте. А что касается остальных — как видите, рвутся в бой, готовы задавать вопросы.

Дмитрий Сергеевич, как поступим? Будете сами выбирать?

Д. Песков: Можно попросить зал показать?

О. Армякова: Конечно.

Д. Песков: Покажите, пожалуйста, зал.

Прямо на первом ряду написано: «Мусор». Давайте дадим вопрос.

О. Армякова: Первый ряд, пожалуйста.

Можете снять масочку, представляйтесь, не забывайте. И задавайте свой вопрос.

О. Балабанова: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

Магнитогорск, «Магнитогорский металл», Ольга Балабанова.

Мой вопрос связан с экологической направленностью — это мусорная реформа. Всем известно, что она официально стартовала в январе прошлого года, но гораздо раньше всё это началось, ещё лет пять назад. Во всяком случае, в нашем городе в 2015 году было соглашение подписано концессионное и разработан проект, и где-то на уровне государственной экспертизы он тихо затормозился. Сейчас вроде начали строить.

Почему мусорная реформа, такая глобальная для всей страны, тормозит во многих регионах и что с этим делать?

В. Путин: Не думаю, что она тормозит, эта реформа. Достаточно много вопросов, связанных с организацией самого производства, но реформа сама по себе двигается.

Здесь несколько задач перед нами стоят крупных.

Первое. Нам нужно создать соответствующую отрасль производства, замкнутый цикл производства, когда отходы не идут на полигоны, а используются в других видах производства. Это первое.

Второе. Нам нужно добиться нормальной сортировки, с тем чтобы к 2030 году у нас всё распределялось по соответствующим сегментам этих отходов и соответствующим образом перерабатывалось.

На сегодняшний день одна из задач, которая стоит перед организаторами всей этой работы, заключается в том, чтобы добиться расширенной ответственности между производителями продукта и упаковщиками продукта, с тем чтобы перенести нагрузку за утилизацию не на граждан, а на производителей этих упаковочных изделий.

В принципе, это практика, которая выстроена практически повсеместно во всём мире, и мы будем придерживаться именно этой практики. У нас, скажем, в автопроме введён такой утилизационный сбор — и ничего, нормально, во всём мире он работает и в нашей стране работает. То же самое нужно делать по этим направлениям.

Уверяю Вас, что Правительство этим занимается, регионы этим занимаются и будут заниматься дальше, здесь нет никаких сомнений. На это у нас выделяются значительные ресурсы, и всё запланировано. Никуда на другие цели эти средства не направляются, это всё по плану будет делаться.

Но поскольку Вы из Магнитогорска, Вы знаете, у меня один из вопросов, которые я взял, связан как раз с Магнитогорском и с выбросами в атмосферу. Здесь один из обращающихся граждан пишет о том, что происходит в Магнитогорске с выбросами в атмосферу. Для меня это, честно говоря, несколько даже неожиданно, потому что я знаю, что «Магнитка» вкладывала в последние годы достаточно много средств, ресурсов в обновление производства именно для того, чтобы уменьшить количество выбросов, и оно реально, по имеющимся у меня сведениям, уменьшалось. И вот здесь вдруг такое обращение.

Ольга, Вы сами как это оцениваете? Что там происходит с выбросами в атмосферу у вас в Магнитогорске?

О. Балабанова: Я, наверное, как патриот, — работаю в газете, которая на комбинат работает, — я считаю, что если очистные сооружения построены, это, как говорит моя подруга, не форточка, которую можно закрыть и открыть, если это комплекс сооружений, вместе с выбросами. Потом пусть меня растерзают многие наши жители, но мне кажется, многие принимают обычный туман, который связан с тем, что у нас резервуар отделили от комбината, где замкнутый оборотный цикл, и там не замерзает лёд, и там очень тёплая вода, поэтому очень часто туман, и люди смотрят с правого берега на левый и считают, что это смог стоит. Есть же ещё и другие производства в городе, птицефабрика, откуда может идти запах, на который часто пеняют. Но я не думаю, что так всё критично, как любят преувеличивать в соцсетях.

В. Путин: Да, но это не соцсети, это обращение ко мне конкретного гражданина из Магнитогорска, это не соцсеть.

О. Балабанова: Мы же читаем это в соцсетях тоже. Наверное, проблема есть, но комбинат занимается этим, и я не думаю, что это пустые слова.

В. Путин: Я поэтому и спросил, потому что я знаю, что комбинат вложил очень много средств — и гораздо больше, чем в других центрах металлургической промышленности, гораздо больше, чем в других местах, — для того чтобы уменьшить количество выбросов. Оно реально уменьшилось, если в тоннах измерять. Поэтому для меня было так неожиданно это. Но тем не менее, видимо, на это всё-таки нужно обратить внимание в целом.

Если говорить об экологии, мы сейчас занимаемся тем, чтобы выстроить систему датчиков по стране в тех местах, где загрязнители особенно активно работают. По центрам металлургического производства это будет делаться в первую очередь, и делаться это будет за счёт как раз производителей. Думаю, в Магнитогорске будем делать то же самое и посмотрим уже внимательно, может быть, даже более объективно за тем, что там происходит.

Спасибо Вам большое.

Вы знаете, здесь предыдущий был вопрос — я позволю себе отвлечься от наших ведущих — по поводу оплаты педагогов. «Учитель высшей категории в сельской местности при нагрузке 18 часов, — это Сергей Петрович Степанченко пишет, — это ставка учителя, получает столько же, сколько получает уборщица в этом же учебном заведении». Вопрос такой острый, поэтому я его и взял из пачки вопросов подобного же рода.

Понимаете, что произошло? Я вам скажу, что произошло, а потом скажу, что нам нужно делать.

Произошло это в связи с чем? Мы приняли решение о том, что МРОТ не может быть меньше ПМ, то есть минимальный размер оплаты труда не может быть меньше прожиточного минимума, и эту шкалу сдвинули. И получилось, что произошло то, о чём Вы пишете: МРОТ не может быть меньше ПМ, его приподняли, и уборщица не может получать меньше, её зарплату приподняли. Но надо было одновременно приподнимать и уровень заработной платы для других категорий, а этого не было сделано из-за бюджетных ограничений. Но это государству надо будет сделать, придётся сделать всё равно. Поэтому я хочу обратить внимание Правительства на то, что такая ситуация, конечно, не может быть признана нормальной.

Д. Песков: Давайте вернёмся в Центр международной торговли. Мы давали слово наиболее авторитетному журналисту здесь, теперь начинающему журналисту я хочу дать слово. Я увидел Сергея Шнурова. Дайте, пожалуйста, микрофон.

Д. Песков: Давайте в Нижний Новгород обратимся.

Пожалуйста, Нижний Новгород

Е. Хван: Добрый день, Владимир Владимирович! Дмитрий Сергеевич!

На связи столица Приволжского федерального округа — Нижний Новгород. В нашей студии сегодня более 70 журналистов. Конечно, у всех, я смотрю, яркие плакаты. Но если позволите, на правах модератора я выберу вопрос, учитывая формат нашей пресс-конференции. Дмитрий Сергеевич, позволите, если определим?

Д. Песков: Да, конечно, давайте.

Е. Хван: Коллега с надписью «Онлайн», потому что у нас онлайн-конференция в этот раз, пожалуйста. Только не забудьте представиться.

О. Каштанов: Добрый день, Владимир Владимирович!

Каштанов Олег, «Известия Мордовии», город Саранск.

У меня вопрос, связанный с онлайн-образованием. Тема обсуждаемая очень. Весной этого года наши школы и наши вузы вынуждены были перейти на дистанционное обучение. В этой связи хотелось бы услышать Вашу оценку, как справилась наша вузовская система и школьная система с этим вызовом, и конкретизировать, поскольку есть вопрос у людей: вот эта система онлайн-образования, она теперь у нас постоянная, надолго? В эти сложные времена нет ли у нас снижения качества образования и, как следствие, снижения качества подготовки выпускников?

В. Путин: Смотрите, Олег, онлайн-образование: надо разделить онлайн-образование в школах и онлайн-образование в высших учебных заведениях, в институтах и университетах. У нас с вами по стране 39,9 тысячи школ, и только 2 процента из них работают онлайн, часть небольшая — на смешанной системе, большая часть — в обычном режиме. В высшей школе в основном всем рекомендовано сейчас перейти на систему онлайн-образования.

Что касается школ. У меня здесь много всяких записок по поводу готовности, технологической готовности к этой системе, и я чуть попозже, отвечая здесь на письменные вопросы, тоже об этом скажу подробнее. Но, конечно, проблема есть. Это касается железа так называемого, далеко не у всех есть компьютерное оборудование, и есть сложности с подключением к интернету, даже к телефонам. Есть такие сложности, особенно в небольших населённых пунктах.

Что мы собираемся делать? В 2021 году все школы Российской Федерации должны получить доступ к скоростному интернету. В 2021 году. Часть уже сейчас оборудована, в 2021 году должны быть все. Это первое.

По высшей школе. Дважды — в июле и осенью — мы поддерживали высшие учебные заведения, выдавали им соответствующие финансовые ресурсы для поддержания их работы в системе онлайн. И они, расширяя свои возможности в рамках работы онлайн, по интернету, должны это будут делать сами как хозяйствующие субъекты при той или иной поддержке со стороны государства, о которой я уже упомянул: дважды мы уже это делали в течение этого года.

Теперь по поводу качества образования. Конечно, онлайн-система, такой формат, не заменит никогда прямого, личного контакта между студентом, учащимся и преподавателем. Во всяком случае, этого ещё очень долго не произойдёт. Мне не нужно, мне кажется, вдаваться в детали, в подробности, все и так понимают, что я имею в виду. Тем не менее система, при которой и в школе, и в высшей школе онлайн-образование будет использоваться, — система существует, она, конечно, будет развиваться.

Вы знаете, я только вчера с некоторыми коллегами разговаривал. О чём идёт речь на будущее? Не всегда, скажем, специалист узкого профиля высокого класса может поприсутствовать сразу во многих местах, во многих учебных заведениях, да и вообще иногда не может — он занят своей исследовательской работой. А в системе онлайн — может. И конечно, это надо использовать.

Это делается в известной уже по всей стране образовательной структуре «Сириуса» в Сочи, но не только: во многих других учебных центрах, в вузах, в школах это всё чаще и чаще применяется. И это надо будет делать, это востребовано, это стало частью нашей жизни, и не нужно этого бояться.

Но преувеличивать эти возможности тоже не нужно. Это не на всю жизнь, не навсегда — массовое онлайн-образование.

Теперь по поводу качества.

Конечно, наверное, — я так понимаю, что подвопрос у Вас есть такой скрытый, — конечно, я же сказал, что прямого общения онлайн-система не заменит. И, наверное, в чём-то качество… В чём-то есть плюс, когда есть возможность послушать мировых светил науки, а в чём-то в текущей работе, может быть, и страдает. Поэтому лучше всего, конечно, когда это смешанная система.

Но есть ещё один аспект, он очень чувствительный. Я знаю, что и студенты на это обращают внимание, в некоторых случаях даже в суд обращаются: «Мы платили за образование в нормальном режиме, а в онлайн у нас качество падает», — и так далее. Я понимаю, что они имеют в виду, я в известной степени разделяю их отношение к этому вопросу. Но есть и другая сторона этой медали: если преподаватель, профессор, доцент читает лекции Х часов, он что офлайн читает, что онлайн читает — он всё равно это читает, за что ему меньше платить? Понимаете, это же вопрос.

Если взять структуру расходов высшего учебного заведения, примерно 70 процентов — это расходы на заработную плату. Поэтому у высших учебных заведений «жирка» для того, чтобы снижать оплату за обучение в онлайн, почти нет. Или нам нужно будет закрыть некоторые высшие учебные заведения. Некоторые специалисты считают, что их слишком много, особенно в столичных городах, объединять, во всяком случае, нужно. Такой вопрос уже давно поставлен специалистами в области высшего и среднего образования.

Мы стараемся делать, и я сейчас, во всяком случае, подхожу к этому крайне аккуратно: здесь нельзя ничего преувеличивать, забегать вперёд нельзя. Но если есть возможность у некоторых вузов как-то финансами поиграть, то, наверное, можно пойти и на определённое снижение оплаты там, где [обучение] онлайн преимущественно осуществляется. Государство, как я уже сказал, дважды в этом году выделяло поддержку финансовую, мы готовы делать это в будущем и дальше исходя из тех реалий, которые складываются в системе высшего и среднего образования.

Спасибо.

Д. Песков: Тула. Сейчас оператор в Туле показывает девушку с надписью «Я беременна».

Девушка, задавайте свой вопрос.

А. Безукладова: Добрый день, Владимир Владимирович!

Александра Безукладова, «МК в Рязани».

Владимир Владимирович, из каждого утюга звучит: этот чиновник ворует, этот — плохо работает. Но в стране немало примеров положительных, где чиновники готовы жертвовать всем во благо интересов нашей страны. Собственно, об одном из таких чиновников я бы хотела Вам сегодня рассказать.

7 октября, в Ваш день рождения, на территории Рязанской области случился пожар в военном гарнизоне — взорвалось 46 тысяч тонн боеприпасов. Сильнейший пожар охватил близлежащие населённые пункты, жители были, не побоюсь этого слова, в аду: летали осколки, болванки от снарядов, пожары. Соответственно, многие жители просто не могли самостоятельно покинуть свои дома и квартиры. И вот как раз один из таких чиновников спас семь человеческих жизней: вначале он спас двух стариков, получил контузию и в дальнейшем вернулся за матерью с двумя детками — восьми лет и пятимесячным малышом, а также за двумя стариками, и всё это продолжалось под снарядами.

Владимир Владимирович, жители нашей области собрали в Ваш адрес подписи с просьбой присвоить ему звание Героя Российской Федерации. Зовут его Игорь Греков. Владимир Владимирович, на месте происшествия, на месте взрыва был Министр МЧС Зиничев Евгений Николаевич, который видел всё своими глазами.

Как Вы считаете, Владимир Владимирович, он, Греков Игорь, заслужил звание, в мирное время спасая человеческие жизни, рискуя собой?

В. Путин: Саша, я сейчас отвечу на Ваш вопрос. Но у меня вопрос к Вам: как это связано с тем, что Вы беременны? Я не понял.

А. Безукладова: Владимир Владимирович, сейчас предыстория. В прошлом году я приезжала к Вам на пресс-конференцию — так случилось — за две недели до родов, у меня не получилось задать вопрос. В этом году Бог мне дал вновь сие счастье, и я решила попытать удачу, и мне повезло. Я подумала, что, если у меня будет яркая табличка о том, что я беременна, меня наконец-таки заметят. И мне повезло, спасибо.

В. Путин: Понятно, Вы нас надули. Ладно, хорошо, это не страшно.

По поводу Игоря Грекова: действительно, героический поступок. Если человек в мирное время рисковал своей жизнью для того, чтобы спасать жизни других людей, он, безусловно, заслуживает государственной награды. Мы подумаем, какой именно. За то, что Вы обратили на это внимание, Саша, Вам большое спасибо. Значит, Вы такой внимательный, душевный, добрый человек. Это Вам делает, безусловно, честь. И детишки Ваши будут воспитываться в очень доброй, хорошей среде. Я желаю Вам всего самого доброго.

Обязательно посмотрим на Игоря Грекова, о котором Вы сказали. Ладно?

А. Безукладова: Владимир Владимирович, спасибо.

И не могу не отметить момент. Форум ОНФ должен был быть в этом году, он перенёсся, и мой коллега направлял туда ролик. И так получилось, что каким-то образом этот ролик оказался в сетях. И теперь на моего коллегу началась настоящая травля. Хотелось бы как-то понимать, работая журналистом, что, если ты направляешь какую-то социально значимую проблему региона, она не окажется до мероприятия в публичном пространстве, и, соответственно, как-то работа журналиста становится, мягко сказать, небезопасной.

В. Путин: Травля в связи с чем началась, я не понимаю?

А. Безукладова: Мой коллега обозначил проблему с Ново-Рязанской ТЭЦ касаемо поставки тепла, монополия в регионе. И не знаю, какими силами, кто и как «слил» им или кому-то, но тем не менее этот ролик был только у моего коллеги и, соответственно, Исполкома ОНФ, но он оказался в соцсетях. А дальше начались видеоролики при помощи журналиста Караулова, проплаченные, в социальных сетях, в пабликах, с оскорблениями, клеветой и так далее и так далее. Вплоть до персональных наговоров и оскорблений.

Д. Песков: Я прошу прощения. Сейчас с Вами рядом волонтёр, он возьмёт у вас все детали…

А. Безукладова: Спасибо большое.

В. Путин: Секундочку, Дмитрий Сергеевич. Не мешайте Саше говорить.

Он писал, Ваш коллега, по поводу Ново-Рязанской ТЭЦ, да?

А. Безукладова: Владимир Владимирович, мой коллега находится рядом со мной. Если хотите, он ответит на все вопросы.

В. Путин: Дайте ему, пожалуйста, микрофон.

А. Насонов: Здравствуйте!

Антон Насонов, главный редактор «62ИНФО», город Рязань.

Я один из победителей Всероссийского конкурса ОНФ «Правда и справедливость» и готовил видеоролик, видеосюжет о проблемах города, связанных с Ново-Рязанской ТЭЦ. И ролик, который был только у меня, у Рязанского ОНФ и Центрального, московского, был «слит» в социальные сети, и, как уже сказали, меня оскорбляют, обвиняют в продажности и прочем и прочем.

В. Путин: Продажности кому? Послушайте, Антон, я никак не могу в толк взять, кто Вас обвиняет? Вы же там боретесь как бы за интересы граждан. Кто Вас обвиняет? В какой продажности? Кого Вы продали, я не понимаю? Вы никого не отравили, никого не убили. В продажности чего? Чего Вы продали, я не понимаю?

А. Насонов: Считают, что я несправедливо критикую Ново-Рязанскую ТЭЦ.

В. Путин: Понятно. Ну ладно. Я думаю, что Вы понимаете, что Ваша работа, Антон, связана с определёнными рисками, здесь ничего не поделаешь. Наоборот, мне кажется, то, что такая бурная реакция пошла, в том числе, я так понимаю, проплаченная реакция, должна Вас убеждать в том, что Вы на правильном пути.

Что касается Ново-Рязанской ТЭЦ. Я не знаю, в чём там проблема, конечно, я не видел Ваших материалов, но попрошу своих соответствующих коллег по этому направлению работать, тем, кто занимается этим направлением работы, обязательно посмотреть.

Это частная какая-то ТЭЦ или чья?

А. Насонов: Это частная организация, которая арендует мощности у города Рязани, оборудование.

В. Путин: Хорошо. Ладно. Я посмотрю обязательно и попрошу соответствующие структуры обратить внимание на Вашу информацию.

Вам спасибо большое. Вы держитесь, мужайтесь, ничего здесь такого необычного не происходит, такова жизнь, борьба. Обо мне тоже всякую фигню пишут. Ну что теперь сделать?

Ладно. Вам всего доброго. Удачи Вам.

По поводу Игоря Грекова. Он кем работает? Что он за чиновник? Саша, он кем работает?

А. Безукладова: Он вице-губернатор Рязанской области.

В. Путин: Вице-губернатор. Хорошо, молодец.

Спасибо, Саша!

Смотрите, у меня есть другая бумажка, из Ленинградской области, Волосово. Вот что пишет Терехов Анатолий Николаевич, у него диалог с одним из чиновников (я так понимаю, что Волосово, наверное). Он пришёл с каким-то вопросом, тот ему говорит: «Это Вам Путин обещал? Вот у него и спрашивайте. Я не обещал». И дальше вопрос: «Почему чиновники в кабинетах ведут себя отвратительно?» Есть такие люди.

Анатолий Николаевич, обращаю Ваше внимание на то, что сейчас Сашей было сказано, есть совсем другие люди, как Игорь Греков, а есть те, о которых Вы говорите. В каждой среде есть разные люди, в семье не без урода. А по поводу того, кто с Вами так по-хамски обращался, мы постараемся выяснить. Я, во всяком случае, попрошу губернатора, чтобы он с Вами связался и навёл порядок в своих рядах.

Давайте, Дмитрий Сергеевич, дальше.

Д. Песков: Санкт-Петербург, не были ещё в Санкт-Петербурге.

О. Князева: Владимир Владимирович, Дмитрий Сергеевич, здравствуйте. Приветствуем вас из Санкт-Петербурга.

У нас здесь собрались журналисты со всего Северо-Западного федерального округа. И, кстати, обратите внимание, у нас таблички очень такие скромные, не кричащие, такой интеллигентный петербургский намёк. Начнём? Могу я выбрать журналиста?

Д. Песков: Давайте, давайте, конечно.

О. Князева: Мне очень нравится уже прямо написанный вопрос у журналиста газеты «Санкт-Петербургский дневник»: когда откроют границы? Я прочитала, простите. Не удержалась.

В. Путин: Понятно. Это вопрос?

К. Смирнов: Добрый день, Владимир Владимирович.

Кирилл Смирнов, газета «Петербургский дневник».

Вопрос, действительно: когда откроют границы? Вы знаете, что буквально несколько недель назад Санкт-Петербург был признан лучшим туристическим центром международного значения. Он оставил позади достаточно серьёзных конкурентов, и Париж, и Нью-Йорк, и Рим. Между тем сегодня всё-таки вопрос открытия границ — важный с точки зрения структуры доходов бюджета. Мы знаем, что идёт работа по тому, чтобы наладить авиасообщение. Есть даже такие неожиданные страны, в которых, может быть, немногие из российских жителей когда-либо были, с которыми сегодня уже налажено авиасообщение. Но вместе с тем в структуре доходов, конечно, выпадающая роль сегодня у туристической индустрии. И крайне важно понять, несмотря на то что, конечно, пандемия сегодня имеет большое значение, всё-таки есть ли шанс на то, что границы будут открыты в ближайшее время? Спасибо большое.

В. Путин: Кирилл, мы с Вами любим Петербург. Я думаю, что подавляющее большинство жителей страны тоже с большим пиететом относятся к нашему родному городу. Тем, кто не бывал ещё в Петербурге, очень рекомендую это сделать, одна из лучших мировых столиц, без всякого сомнения. И конечно, это магнит для туристов. Мы всячески помогаем Петербургу, в том числе при визовом обслуживании посещающих Петербург, в том числе на паромах, стараемся создать другие благоприятные условия, для того чтобы туристическая отрасль в целом по стране развивалась и в Петербурге тоже.

Я поздравляю Петербург с тем, что он выиграл этот международный конкурс. Заслуженно выиграл, без всякого сомнения. И не только потому, что это город замечательной архитектуры мирового класса, где творили самые лучшие зодчие с мировым именем: Растрелли, Трезини и так далее, — но ещё и потому, что современный Петербург активно развивается, создаются новые среды городские, создаются новые путепроводы, инфраструктура развивается активно, объекты красивые очень — и культурные, и спортивные, и «Газпром Арена», и другие. Просто замечательно всё это. Петербург в состоянии принимать и принимает соревнования самого высокого уровня, делает это очень достойно, самым лучшим образом. Всё это, конечно, привлекает внимание к Петербургу.

Закрытие границ разве с этим связано — с тем, что кто-то хочет ограничить Петербург? Сейчас уровень заболеваемости COVID в Петербурге какой?

К. Смирнов: Высокий с точки зрения даже средних цифр, конечно. Поэтому, собственно говоря, наверное, введены те ограничения, которые сегодня действуют внутри региона, в том числе и в новогодние праздники.

В. Путин: Об этом и речь. Уровень загрузки ковидных коек в стране в целом где-то, не помню, процентов 85, а в Петербурге — больше. Поэтому с этим связано, связано с необходимостью защиты жизни и здоровья петербуржцев. Как только врачи позволят, так сразу и границы будут открыты.

А в целом, конечно, очень бы хотелось, чтобы и наши граждане, Российской Федерации, пользовались возможностями внутреннего туризма, поддержкой со стороны государства внутреннего туризма, и приезжали бы в Петербург, для этого границы открывать не нужно. Но как только станет возможным, конечно, мы это сделаем.

Одна из пострадавших отраслей нашей промышленности — это авиационные перевозки. И в этом смысле, конечно, очень важно разрешить возможность летать к нам и нашим компаниям летать за границу. У нас за границу летает 32 миллиона человек, давайте этот поток перенаправим в Петербург, оставляют за границей 35 миллиардов долларов в год. Если такие потоки будут направлены на наши внутренние возможности, на развитие внутреннего туризма, то это будет здорово. Петербург этого заслуживает. И уверен, сделаем это на самом достойном уровне. Как только, так сразу.

Д. Песков: Будьте любезны, покажите журналистов, которые перед Владимиром Владимировичем сидят в Ново-Огарёво.

Первый канал ещё не задавал вопрос.

К. Панюшкин: Добрый день!

Константин Панюшкин, Первый канал. Хочу вспомнить времена до пандемии, начало года, когда ещё Правительство и Вы не были вынуждены заниматься ручным антикризисным управлением. Вы тогда говорили о таких понятиях, как рывок, и тогда журналистам казалось, что Правительство Мишустина пришло как раз под реализацию этой самой цели. Но большие, амбициозные планы пришлось отложить, и даже, как мы видим, реализация национальных целей отложена до 2030 года. В связи с этим вопросы.

По поводу национальных целей. Тут действительно виноват коронавирус или же всё-таки был прав Алексей Кудрин, когда говорил, что нацпроекты не способны помочь в достижении национальных целей к 2024 году?

По поводу Правительства. Как справляется, по-Вашему, команда Мишустина? Недавно были перестановки, и ходят слухи, что могут быть новые.

И последнее — это рывок. Когда теперь дойдёт до него? Спасибо.

В. Путин: У нас стратегические цели никуда не исчезли, они не откладываются. Конечно, коронавирусная инфекция внесла свои поправки. Я уже сказал, что мы, допустим, некоторые программы, как то, что я уже говорил, развитие первичного звена здравоохранения, вынуждены были сдвинуть на полгода вправо, по некоторым другим — тоже. Нам же нужны были источники для того, чтобы оперативно решать вопросы, связанные с борьбой с коронавирусной инфекцией, с поддержкой граждан страны, с поддержкой пострадавших отраслей экономики. Смотрите, на поддержку граждан, только на прямую поддержку граждан направлено 838 миллиардов рублей. Это огромные деньги, и мы вынуждены были их концентрировать на этих направлениях, так же как и на поддержку, скажем, пострадавших отраслей. Но стратегических целей никто не отменял. Правительство работает достаточно эффективно.

Сейчас мы вспоминали про цены. Я знаю, что и ваши каналы показали нашу дискуссию с некоторыми членами Правительства в связи с этим. Я считаю, что упустили этот момент некоторые коллеги в Правительстве, несвоевременно среагировали. Но в целом, особенно в условиях борьбы с пандемией, Правительство работало эффективно и очень напряжённо. Я без преувеличения могу сказать, днём и ночью. И конечно, за это их можно и нужно поблагодарить.

Что касается изменений, это инициатива Председателя Правительства, он вправе набирать свою команду. Я с ним согласился по этим изменениям. Каких-то других не вижу. Сам Председатель ничего не инициирует больше. Мне кажется, что нужно, чтобы сложившийся коллектив работал, работал слаженно. Здесь нужна и определённая стабильность. Я говорю ответ на часть Вашего вопроса. Пока ничего там не планируется, никаких кадровых изменений.

А стратегические цели — да, Правительство формировалось под эти стратегические цели. И полагаю, что оно этим задачам отвечает. У нас, повторю ещё раз, они все определены, задачи. Ясно, что была критика изначально, способны ли мы достичь вот этих целей национального развития, используя те инструменты, которые называются нацпрограммами, нацпроектами, для того чтобы добиться нужных целей. В целом — да, есть, безусловно, вопросы, требующие дополнительного внимания, изучения, но мы с регионами всё в целом отработали. И, несмотря на эту пандемию, мы будем развиваться. Я вот опять привёл пример первичного звена. Как было запланировано 500 миллиардов плюс 50 от регионов, так и будем это делать. Мы никуда эти деньги не снимаем. Всё будет по плану.

Д. Песков: Так, давайте в центре продолжим, НТВ.

В. Путин: Извини, Дмитрий Сергеевич, сейчас девушке пообещал здесь, микрофон дайте, пожалуйста.

А. Герейханова: Спасибо.

Айсель Герейханова, «Российская газета».

Владимир Владимирович, изменение Конституции именно в этом году, именно сейчас почему?

В. Путин: Вы знаете, всё хорошо в срок, в своё время. И борьба с подъёмом цен в своё время должна была быть сделана, и изменения в Основном законе тоже. Раньше многие вещи сделать было невозможно.

Во-первых, хочу сказать, что фундаментальные основы нашей Конституции остались без изменений, и это очень важно. Конституция 1993 года принималась в сложных условиях гражданского противостояния и, прямо скажем, боевых действий в столице Российской Федерации, в Москве. Здесь люди гибли, применялось автоматическое оружие, танки стреляли по парламенту. И в этих условиях была принята Конституция. Память такая, что стараемся выкинуть из памяти самое плохое, но это было, и было не где-то там, а здесь, у нас. В этих условиях была принята Конституция, она в известной степени сыграла стабилизирующую роль, помогла восстановить гражданский мир и создала определённую политическую базу для развития.

Сейчас у нас другая ситуация. И в соответствии с этой ситуацией мы должны были поменять и Основной закон. Не поменять, а внести какие-то коррективы, поправки. Некоторые вещи мы даже не могли раньше делать. Например, эти социальные гарантии, связанные с необходимостью индексации пенсий. О чём мы говорим? В 93-м году как можно было в Конституции записать обязательство государства индексировать пенсии? Да там не платили по полгода. И денежное довольствие не платили, и пенсии не платили. Это же всё было, это никуда не делось, это всё было фактом.

А сейчас другая ситуация. Сейчас нужно не позволить сегодняшним руководителям и будущим не делать этого, потому что фундаментальные основы российской экономики позволяют это делать, а значит, это может и должно быть зафиксировано в Основном законе страны, так же как и проблемы, связанные с борьбой с бедностью. Здесь коллега с самого начала говорил о том, как тяжело живётся многим российским семьям. Да, это так и есть. Но минимальный размер оплаты труда не может быть ниже ПМ, ниже прожиточного минимума. Мы можем это сделать? Думаю, что можем. Поэтому это зафиксировано в Конституции.

Там есть другие проблемы, возникают, я читал один из вопросов: и уборщице, и преподавателю, получающим ПМ, им МРОТ подтянули, а другим категориям работников зарплату не подняли. Но государству придётся это сделать теперь, в том числе на основе Конституции, опираясь на Конституцию, потому что МРОТ не может быть ниже ПМ. Понимаете, это всё связано. Да, надо будет напрягать усилия в соответствии с требованием Конституции. В этом смысл изменений в законе.

Или, например, мы говорили о приоритете, здесь, в поправках зафиксировали приоритет российского конституционного права над международными всякими там нормами. Или говорим о неприкосновенности нашей территории. При состоянии армии в 1993 году можно было? Ну можно. Говорить можно всё что угодно. Мы могли обеспечить? Нет. На каждый случай атомную бомбу не будешь применять, правильно? А обычные вооружённые силы у нас практически развалились. Я же уже говорил об этом. Для борьбы с международным терроризмом на Кавказе 50 тысяч дееспособных штыков не могли собрать со всей страны, а армия была численностью больше миллиона.

Теперь другая ситуация, теперь даже наши оппоненты, так я их называю, уже говорят: да, их стало меньше числом, но они стали гораздо более эффективны. Одна из наиболее эффективных армий мира — у России на сегодняшний день. Всё это мы теперь можем зафиксировать в Основном законе. Эта ситуация созрела, мы это сделали и сделали своевременно.

Кстати говоря, поправок было сколько там? Тысячи, если не сотни тысяч, поправок пришли. Я хочу поблагодарить граждан за это активное участие и то, что мы провели всероссийское голосование по этому вопросу. Столько людей пришло на избирательные участки — это, по сути, по факту, референдум. Граждане стали авторами поправок в Основной закон Российской Федерации. Это важно, это нужно, и хочу ещё раз выразить слова благодарности всем гражданам страны, которые поддержали поправки в Основной закон.

Д. Песков: Мы не были давно в колл-центре. Давайте колл-центр.

Н. Аскер-Заде: Мы уж решили, что Вы про нас забыли, а вопросов очень много, и их число постоянно увеличивается. Я напомню, что задать вопрос Президенту можно через сайт moskva-putinu. ru или через специальное приложение. Здесь можно записать, например, видео или отправить текстовое сообщение.

И давайте обратимся к нашим волонтёрам. Рядом со мной Саша Печенегин. Во время пандемии он с коллегами обработал более 19 тысяч обращений от граждан, в том числе по доставке лекарственных препаратов.

Саша, расскажите, какие вопросы от граждан Вы получили сегодня?

А. Печенегин: Да, действительно, сейчас очень много вопросов, связанных с выплатами, социальными мерами поддержки, особенно от матерей. Граждан очень интересует вопрос, будут ли какие-то новые выплаты, потому что сейчас в различных областях, например, в Архангельске, в Ульяновской области, в Тамбовской, можно многие регионы упомянуть, но люди не знают, что им положено, куда им обратиться. В Москве, например, жалуются на МФЦ, потому что люди не успели подать заявление на подачу выплат, потому что МФЦ просто закрылись из-за коронавируса, а автоматически услуга через сайт «Госуслуги» просто не работает. Поэтому людей действительно это волнует, они не понимают, куда обратиться

В связи с этим, наверное, самый главный вопрос. Владимир Владимирович, в следующем году планируются ли выплаты дополнительные именно на детей? Потому что чаще всего ведь это проблема и помощь государства, которая сейчас оказывается, фактически является единственной. Спасибо.

В. Путин: Что касается выплат на детей.

Я, по-моему, уже вначале достаточно подробно об этом говорил, как организована эта работа. Для детей от нуля до полутора лет, от полутора лет до трёх и от трёх до семи.

Если люди к вам обращаются и говорят о том, что не понимают, куда обратиться, есть сложности с этим, то, наверное, все со мной согласятся, что перед тем как думать о том, что и как нужно сделать дополнительно — а у нас очень много направлений, это только то, что я перечислил, есть и другие формы поддержки и по регионам, и в зависимости от демографической ситуации в каждом регионе, там тоже есть свои направления поддержки — для того, чтобы сделать следующие шаги, нам нужно наладить и эффективную работу того, что уже состоялось. Я обязательно проговорю и с полпредами Президента в регионах, и с губернаторами, мы обязательно к этому вернёмся. Делается это в основном через Пенсионный фонд, через МФЦ. Но если он где-то закрылся, значит, нужно какие-то решения по этому поводу принимать. Я могу только Вам выразить слова благодарности за то, что Вы обратили на это внимание, отреагировали на то, что к вам люди с этим обращаются.

А. Печенегин: Спасибо большое.

В. Путин: Вам спасибо за то, что делаете.

А. Печенегин: Действительно, важная работа, которую делали волонтёры. Мы смогли лично пообщаться с заявителями, где-то получилось, где-то — нет, уточняли определённую информацию. Спасибо большое за такую возможность.

В. Путин: Очень странно. Для меня очень странно это звучит и тревогу даже вызывает, что люди не могут соответствующим образом воспользоваться своими правами. Я Вас уверяю, мы обязательно… Даже не Вас, а прежде всего тех, кто к Вам обратился: обязательно отреагируем на это.

Здесь много вопросов по системе здравоохранения, конечно. Например, Алтайский край. Закрытие Онежской центральной районной больницы. Человек, который обращается, это Наталья Михайловна Дубовикова, так, наверное, фамилия звучит правильно. У людей паника в этой связи. Я, Наталья Михайловна, посмотрю обязательно. И обращаю внимание губернатора Алтайского края и полпреда. Такое случается и, к сожалению, нередко, когда лечебное заведение либо учебное заведение, школа, закрывается в небольшом населённом пункте, полагая, что оно нерентабельно и так далее. Но если людям некуда обратиться больше, то, имея в виду огромность нашей территории, надо это учитывать. И мы постараемся это отрегулировать обязательно.

Пожалуйста, давайте дальше.

Д. Песков: Давайте здесь, ЦМТ, Андрей Колесников.

А. Колесников: Добрый день. Газета «Коммерсантъ».

Владимир Владимирович, с лёгкой руки Валентины Терешковой в Конституции появилась статья, которая приводит к обнулению президентских сроков, Ваших президентских сроков. То есть Вы можете приступить, собственно говоря, в 2024 году снова. Что это означает? Вы правда готовы приступить, или Вы не хотели бы стать, например, «хромой уткой», по крайней мере раньше времени? Про что, собственно говоря, Вы думали, когда так активно солидаризировались с этой идеей? В глазах многих людей, в том числе и в моих, это было довольно жестоко по отношению к Конституции.

Владимир Владимирович, я хочу спросить: оно того стоило?

И, если позволите, второй вопрос. Нас начинающий журналист учил задавать два вопроса (не такой уж он начинающий), два вопроса подряд.

Несколько дней назад Вы высказались по делу Ивана Сафронова. Главное из того, что я уловил: если он брал информацию из открытых источников, то ему никак нельзя предъявить статью «госизмена». В этом, как я понял, состоит Ваше убеждение. Скажите, удалось ли Вам за эти несколько дней выяснить подробности этого дела, как Вы собирались? Из каких, например, источников, следствие считает, он брал информацию? И не слишком ли легко и часто стали применять эту тяжелейшую статью?

Я вот что ещё хочу сказать. Если даже предположить (вчера появилась информация сразу в нескольких СМИ, что он брал информацию, может быть, и из неоткрытых источников), если даже это предположить, — ну, ладно, в конце концов, но он мог оступиться. Это был бы, если бы это было, идеальный случай, когда не ведал, что творил. Уверен, что его в такой ситуации можно было бы простить. Я знаю Ивана не хуже, чем знал его отца, кристально честного человека. И в этой ситуации я готов поручиться, например, за Ивана Сафронова прямо сейчас. И не повторится, Владимир Владимирович, если что. А если повторится, пойдём вместе: но не с Вами, а с ним.

В. Путин: По поводу того, что стоило делать или не стоило делать в рамках поправок в Конституцию. Знаете, у меня есть одно универсальное правило. Отвечая на этот вопрос, нужно понимать, пойдёт что-то, то, что мы делаем, на благо страны или нет. Если не пойдёт, то не стоило, а если пойдёт, то стоит делать. Я для себя ещё не принял решение, пойду я, не пойду на выборы в 2024 году. Но что касается стабильного развития страны, это многого стоит. Но формально это решение от народа есть. Делать это, не делать — посмотрю. Это первое.

Теперь что касается Сафронова. Из открытых источников он брал информацию или из неоткрытых, следствие должно разобраться с этим. Ведь его судят не за его журналистскую деятельность, Андрей, в этом же весь цимес, весь смысл того, что происходит. Он же не какой-то диссидентствующий журналист, который борется с властью, а за это его прищучили, хватают и сажают в тюрьму. Это же никак не связано с его профессиональной журналистской деятельностью, связано с достаточно длительным периодом его работы и в рамках помощника или советника Рогозина, когда он в Правительстве работал, и в «Роскосмосе» работал, не связано с журналистской деятельностью вообще.

Вы сказали, что он мог оступиться. Ну да, бывает. За это можно было бы простить. Бывает и так. Надо смотреть степень общественной опасности содеянного, какой он реально вред нанёс. Вообще ему вменяется шпионаж на самом деле, измена. Но самый большой грех, который у нас есть, — это предательство. Сдача информации закрытого характера иностранной спецслужбе — это предательство. Я понимаю, что, может быть, это не очень хорошо звучит для тех, кто доверял этому человеку, доверяет и хорошо к нему относится. Я Вам сочувствую. Так же, честно говоря, как ни странно, могу и ему посочувствовать, если он действительно оступился. Но если в течение длительного времени сознательно собирал информацию и сознательно сдавал её представителям спецслужбы за вознаграждение, всё-таки это говорит о его внутреннем содержании. Повторяю ещё раз: суд в конечном итоге должен будет определить степень общественной опасности и принять решение. Можно ли его потом простить и помиловать — это вопрос следующего этапа. Пока об этом говорить преждевременно.

Вопрос: Сколько пандемия продлится, Владимир Владимирович?

В. Путин: Этого никто не знает. Это будет зависеть от формирования популяционного иммунитета и от эффективности применения вакцин. Я уже говорил, наши некоторые западные партнёры проявили готовность к совместной работе. Это очень хорошо.

Это говорит о том, что профессионалы находят в себе силы выйти за рамки каких-то политических ограничений. Не знаю, что там дальше будет происходить на политическом уровне, но на профессиональном очень бы хотелось, чтобы эта работа шла.

У нас ведь тоже есть один из вариантов — это создать такую, как специалисты говорят, лайт-вакцину, гамалеевскую: делать только одну прививку, она будет работать покороче, уровень защиты будет поменьше, но всё равно [эффективность] до 85 процентов будет доходить, но зато можно будет делать сразу десятками миллионов. Тоже вариант.

И мы можем сделать её самостоятельно, можем делать это совместно с партнёрами. Здесь много вариантов.

Когда это всё закончится — никто же на этот счёт никаких прямых ответов не даёт. Некоторые производители вакцин, слава богу, прямо сказали, что у них пока не очень получается, есть сбои. Но ничего, ничего здесь страшного я тоже не вижу. Я не считаю, что нужно тут же начать показывать на них пальцем и говорить «а, вот у них ничего не получилось», злорадствовать по этому поводу. Нет, мы так не работаем.

Вопрос: Почему у Китая всё-таки получилось так быстро фактически победить пандемию? В продолжение темы.

В. Путин: Там были жёсткие меры ограничительного характера и способность властей эти меры реализовать.

Вопрос: Не боитесь, что сейчас люди просто уже взбешены — перед Новым годом закрывают кафе, рестораны, — что они просто не выдержат?

В. Путин: Не думаю, что закрытие кафе и ресторанов для их посетителей является критическим. Вот с точки зрения самого бизнеса здесь надо подумать, посмотреть на потери, которые в этой связи возникают. Потому что наверняка в бизнес-планах была заложена работа и прибыль в предпраздничные дни и праздники, а она не случилась. Вот над этим надо подумать.

А так в принципе многие люди в основном-то отмечают в семьях. Хотя, разумеется, усталость нарастает. Но вообще люди понимают и видят, что происходит. Можно быть COVID-диссидентом, всё что угодно, до тех пор пока сам не заболел.

Вопрос: Но локдауна не будет?

В. Путин: Локдаун мы не планируем.

Вопрос: Очень хочу Вас спросить как человек, который вакцину получил. Я участвовал в третьей стадии пострегистрационных испытаний вакцины Гамалеи, укололся, но столкнулся с тем, что очень многие мои знакомые, даже родственники не поняли, зачем я это сделал. Очень многие люди не собираются [вакцинироваться]…

В. Путин: Объясните [им], надо объяснять.

Реплика: Я объясняю. Я на своём примере показываю.

У нас будет предусмотрен какой-то способ убеждения людей вакцины делать? Потому что если продолжать это делать добровольно, очень многие откажутся. И этот период восстановления затянется.

В. Путин: Это может быть только добровольно. А что касается объяснения, убеждения, это с вашей помощью и с помощью ваших коллег, представителей средств массовой информации, блогеров и специалистов, которые должны ясным, понятным языком донести до людей нужную информацию и таким образом, чтобы это вызывало у них доверие.

Вопрос: Что Вы там всегда записываете? (Указывает на блокнот.)

В. Путин: Я записывал то, что спрашивали коллеги, имена тех, кто задаёт вопрос, тема: Яна, культура, Ольга, СНВ-3, ФНБ. Так, чтобы здесь не забыть часть вопроса, который задаётся.

Вопрос: А каких-то губернаторов пометили по итогам?

В. Путин: Знаете, мы же ведём и записи, всё. Это тот случай, когда ничего не пропадает. Мы ничего не потеряем.

Вопрос: В кружке, если не секрет, что у Вас?

В. Путин: Чай. Это даже не чай, это завар сибирских трав.

Вопрос: Состав не изменился с годами?

В. Путин: Да нет, это сбор сибирских трав из Сибири.

Вопрос: Владимир Владимирович, по Меркель будете скучать?

В. Путин: По Меркель? Ну, она, слава богу, никуда не уходит, она работает пока. Поэтому, мне кажется, не очень корректно сейчас мне говорить, что она ушла и что-то будет потом. Там парламентская форма правления.

Я отдаю себе отчёт в том, что происходит во внутриполитической жизни, отдаю себе отчёт в том, что там может произойти в ближайшее время. У нас с госпожой Федеральным канцлером достаточно добрые личные отношения, и всё-таки межгосударственные находятся на весьма высоком уровне.

Федеративная Республика Германия — один из крупнейших наших торгово-экономических партнёров. В страновом измерении после Китая, наверное, занимает второе место, надо посмотреть последние данные, там всё понизилось из-за этой пандемии, но, без всяких сомнений, немецкие предприниматели являются одними из крупнейших инвесторов в российскую экономику. В отличие от других инвесторов они вкладываются как раз в реальный сектор. Мы это высоко ценим, ещё раз хочу подчеркнуть, у нас там реально много друзей, которые нам доверяют, мы дорожим этим доверием.

Вопрос: А с Байденом, как думаете, как будут выстраиваться Ваши отношения?

В. Путин: Не знаю, это в значительной степени зависит от новой администрации. Повторю ещё раз, он человек очень опытный, он всю жизнь в политике.

Знаете, известная формула есть: короля делает свита, поэтому зависит от того, как будет выстроена команда. Хотя мы уже видим претендентов на ключевые должности, все они нам известны, так или иначе мы с ними работали.

Здесь каких-то неожиданностей мы не ждём, но все же слышали заявление избранного президента по поводу того, что целесообразно было бы продлить Договор СНВ-3, но посмотрим, во что это выльется на практике. В феврале СНВ заканчивает своё существование.

Вопрос: Владимир Владимирович, Вы можете гарантировать, что подобные ограничения…

В. Путин: Ну-ну, давайте не будем так формулировать. (Смех.)

Вопрос: …обещать, что подобные ограничения, какие были весной с этим долгим периодом выходных, с ограничением торговых центров, закрытием предприятий, что таких жёстких ограничений больше не будет?

В. Путин: Не планируется, я Вам сразу могу сказать. Необходимости такой нет. Заболеваемость достаточно высокая, но, по мнению специалистов, она вышла на полку, что называется, то есть такого резкого увеличения мы не наблюдаем.

Исходим из того, что при том количестве специализированных коек, которые у нас есть, при наращивании производства лекарственных препаратов, надеюсь, что всё-таки эти негативы, о которых было сказано, будут устраняться. Мы за этим будем следить повнимательнее, чтобы люди получали нужные лекарственные препараты, чтобы их вовремя госпитализировали, когда необходимость в этом возникает.

Вот то, что Вы говорите: одни не верят и вакцинироваться не хотят, и вообще ни во что не верят, а другие обижаются на то, что их вовремя в больницу не положили, третьи обижаются на то, что лекарства не дали, — всё это нужно внимательно, спокойно, ритмично, в рабочем режиме, но внимательно рассматривать и реагировать своевременно. И если мы будем так делать, если мы будем соблюдать правила и требования санитарных врачей, то никаких локдаунов нам не нужно.

Вопрос: Можно по Сафронову уточнение небольшое, про Ваню, всё-таки наш коллега. Вы просто сказали, что его обвиняют в том числе и в том, что он работал помощником Рогозина в Правительстве.

В. Путин: Разве я так сказал? Нет, я так не говорил.

Реплика: Он работает в «Роскосмосе» последние полгода.

В. Путин: Послушайте, я не сказал, что его обвиняют за то, что он работал помощником. Я сказал, что эпизоды его деятельности, которые следствие считает противоправными, они связаны не с работой его в качестве журналиста в «Коммерсанте», а связаны с достаточно длительным промежутком его жизни, в том числе и в то время, когда он работал помощником Рогозина. Вот и всё. Но он собирал и передавал информацию. Так говорят мне следователи.

Реплика: То есть будучи журналистом «Коммерсанта»?

В. Путин: Нет, не только. И работая в других качествах, в других местах. Поэтому надо, чтобы спокойно следствие с этим разобралось, чтобы дело передали в суд.

Там же нет желающих его преследовать. Вы что думаете, там у него какие-то враги собрались в ФСБ или Следственном комитете? Да нет там никаких личных врагов. Что он, кому-то там наступил на пятки, кого-то там прищучил, в чём-то обвинил? Нет же такого, не было.

Вопрос в другом. То, что он сделал, подпадает под ту квалификацию, которую сформулировали, и под то преступление, которое инкриминируется ему или нет.

Вопрос: Можете сказать, в чём его конкретно обвиняют?

В. Путин: В передаче секретной информации представителям спецслужб западных стран. Это прямое обвинение. Вот и всё.

Вопрос: Это было даже и в том году, и в позапрошлом?

В. Путин: Я сейчас не буду детали обсуждать. Зачем? Я и сам их, честно говоря, не знаю, чего я особо буду наговаривать? Не буду уточнять. Зачем? Это такая тонкая вещь, пусть следователи спокойно разбираются.

У него нет врагов, поймите, но то, что человек, работая в сфере информации, собирал какую-то информацию, которую не должен был передавать представителям спецслужб, сознательно делая это, — это очевидный факт, наверное, правда? Вот будем из этого исходить.

Если он просто как журналист, свободный журналист исполнял свои обязанности, заключил с кем-то договор, допустим, даже с западным средством массовой информации, нравится это властям или не нравится, — это другой вопрос. Но если он собирал информацию закрытого, секретного характера и понимает, что он передаёт представителю спецслужбы, делал это — это другая, видимо, история. Правда? В этом всё дело, вот и всё. Там нет никакого заговора. Ну кому он нужен?

Реплика: Вдруг на Рогозина давят через него.

В. Путин: Господи, да это чушь собачья.

На Рогозина — чего на него давить? Он чиновник, он сегодня работает. Работает хорошо, пускай дальше работает. Не хочет работать или работает плохо — поменяем его. Ничего такого особенного нет.

Кстати говоря, так он набирает, набирает, как руководитель «Роскосмоса». Здесь нет никакой теории заговора. Чушь собачья, просто выбросьте это из головы.

Он, я понимаю, что всё-таки из вашего цеха, многие его знали лично или знают лично. Но что поделать, если он сознательно собирал и сознательно передавал, зная, кому он передаёт и что передаёт? Извините, тогда пусть ответит. Но следователи и спецслужбы должны это доказать. Это правда. Докажут — значит, суд рассмотрит. Не докажут, ну, тогда нужно будет перед ним извиниться.

Вопрос: Владимир Владимирович, 5 тысяч рублей, которые выплатят, их выплатят до Нового года, и каков порядок?

В. Путин: До Нового года. Обычным порядком, как это было при выплате 10 тысяч рублей детям до 16 лет.

Спасибо вам, ребята.


Источник